Поиск  | Карта сайта       Главная > Книги > Повесть о художнике Айвазовском > Часть третья > Внутренняя эмиграция. > Продолжение праздника. Джигиты. Звание профессора.



Внутренняя эмиграция. страница 4

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7

А с линейного корабля уже спустили шлюпку. Через несколько минут она причалила и из нее вышел командир корабля «Двенадцать апостолов» Владимир Алексеевич Корнилов с группой флотских офицеров в парадных мундирах.

Корнилов сердечно обнял Айвазовского и представил ему сопровождающих его офицеров.

Иван Константинович и севастопольские гости, окруженные ликующим народом, направились к дому.

В полдень в доме художника открылась выставка его картин. В центре выставки находилась большая картина о Петре I.

Перед вечером вся Феодосия собралась на даче известного русского генерала Петра Семеновича Котляревского. Он предоставил Айвазовскому свою дачу для вечернего празднества.

Неожиданно из степи примчалась большая группа всадников, и перед гостями начались конские скачки. Это явились на праздник знаменитые джигиты окрестных деревень.

Имя Айвазовского было свято среди жителей Феодосийского уезда. В каждом селении жили люди, которых Иван Константинович нередко выручал, а то и просто спасал от беды.

В день праздника Айвазовского джигиты решили удивить его гостей своим искусством.

Особенный восторг зрителей вызвало смелое ристание джигитов, на котором соперники на всем скаку должны были отнимать друг у друга платки.

Около трех часов развлекали неутомимые наездники гостей Ивана Константиновича. Это была необыкновенная джигитовка.

Каждый раз, проносясь вниз головой мимо группы гостей, где сидел Иван Константинович, смелые и ловкие юноши, держась только одной рукой за гриву коня, другой приветствовали художника. Этим юноши хотели подчеркнуть всем собравшимся, как им дорог их славный земляк и что ради любви к нему они готовы на любое самое рискованное молодечество.

После скачек в саду открылся бал. Потом вспыхнул фейерверк.

С фейерверком, сверкающим в саду, состязались военные корабли, стоявшие на рейде. С самых сумерек реи и снасти празднично переливались огнями от унизавших их разноцветных фонарей, а когда начался фейерверк на даче Котляревского, по бортам кораблей то и дело зажигались фальшфееры1.

Поздно ночью гости ужинали в иллюминированном саду. А потом опять возобновились музыка, танцы и песни.

Начинало светать. Был четвертый час утра. Гости стали расходиться. Айвазовского хозяева дома уговаривали остаться отдохнуть у них, но феодосийцы подхватили художника на руки, украсили его голову свежими цветами, на которых трепетали капельки утренней росы, и понесли с песнями по улицам Феодосии до самого его дома.

Долгие годы вспоминали жители Феодосии чудесный праздник, который дал художник родному городу.

Через некоторое время Айвазовский показал свои последние картины на выставке в Петербурге. Опять, как прежде, около его картин толпились восхищенные зрители. Все в один голос признавали, что у Черного моря его гений возмужал и окреп. Газеты утверждали, что каждое новое творение художника — какое-то невиданное в искусстве сияние красок и света.

Наступила осень. Прошло десять лет с тех пор как Айвазовский впервые выставил свои картины в Академии художеств. Эти картины видел тогда Пушкин. Поэт обласкал юного художника. С этого момента Айвазовский вел счет своим годам в искусстве.

Газеты отмечали этот юбилей. Нестор Кукольник напечатал биографический очерк об Айвазовском с портретом художника и снимками с его картин.

Слава Айвазовского уже не была первым шумным успехом. Это была прочная слава. Он занял свое место в искусстве. Его уже невозможно стало с кем-либо смешать или сравнить. Он стал необыкновенным мастером морской живописи. Такого до него в России не было, не было и за границей.

Академия художеств отметила его заслуги. В марте 1847 года Совет Академии определил: «Академик Иван Айвазовский необыкновенными успехами в искусстве и многими истинно превосходными творениями по части живописи морских видов заслуживает возведения в звание профессора по этому роду художеств».

Профессору Айвазовскому не было тогда еще полных тридцати лет.

Зимние месяцы Айвазовский провел в Петербурге. В столице художник не отступал от заведенного образа жизни: первую половину дня он всегда работал в мастерской. Вечером или бывал в театре, или посещал знакомые дома.


1 Фальшфеер — тонкая бумажная гильза, наполненная пиротехническим составом, имеющим свойство гореть ярким пламенем белого цвета. Употреблялась также при иллюминациях.

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7


Морской берег. Волна. (Айвазовский И.К.)

Кораблекрушение. 1894

Крушение корабля "Ингерманланд" в Скагерраке




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Айвазовский Иван Константинович. Сайт художника.